Российские клиники начнут работать за рубежом

Люди, которые имеют диплом врача, за границей никогда не останутся без работы. Понятно, что для того, чтобы нормально трудоустроиться, иметь собственную практику или работать в государственной/частной больнице в той или иной стране мира, придется пройти не только процедуру нострификации, но и выучить язык, сдать специальные экзамены, подтвердить квалификацию.

Российские клиники начнут работать за рубежом

Но все эти усилия окупаются очень быстро, т. к. работать врачом за рубежом престижно и выгодно. Вакансии есть всегда, стоит только задастся целью и искать. В первую очередь стоит определиться, зачем нужна работа за границей. Для этого потребуется ответить на такие вопросы, как:

  1.    Это работа, чтобы прилично заработать в течение определённого периода времени;
  2.    Работа врачом может стать постоянной и спровоцировать эмиграцию в выбранную страну;
  3.    Приобретение практических навыков и обмен опытом;
  4.    Работа в горячих точках и т. д.

Потом необходимо составить перечень знаний и умений, написать резюме, попросить коллег дать рекомендации, оценить знание иностранного языка, перевести дипломы и сертификаты на английский или иной язык.

Если проблема в знании языка, тогда стоит за год-полтора записаться на курсы, где можно быстро и качественно подтянуть лексику, разговорные навыки.Российские клиники начнут работать за рубежом Можно проконсультироваться со знакомыми или почитать специальные форумы, как правильно искать работу доктором за границей.

Вакансии по данной профессии ищутся привычными и традиционными методами – использование услуг различных фирм, выход на работодателя напрямую, размещение резюме на специальных сайтах, поездка по приглашению знакомого или конкретной компании/больницы.

Стоит ли доверять посредникам

Если пользоваться услугами фирм, которые занимаются поиском работы для врачей за границей, то тут требуется быть очень осторожным, внимательным, все тщательно проверять. Российские клиники начнут работать за рубежомДоверить свои документы, платить деньги нужно тем компаниям, которые имеют положительные отзывы в этой сфере, опыт в подборе медперсонала, общения с потенциальными работодателями и т. д. Стоит отказаться от услуг фирм-посредников, если они просят предоплату за оказание услуг.

Если искать самостоятельно работу за границей, то тут стоит воспользоваться всеми доступными методами: просматривать специальные сайты и группы в интернете, изучать список вакансий на биржах труда и центрах занятости в стране, где хочется работать.

Обязательно нужно просматривать рубрики в газетах и журналах, которые публикуют объявления о поиске медицинского персонала. Можно обратиться в международные гуманитарные организации, где врачи нужны всегда.

Когда вакансия заинтересовала, тогда нужно выходить на прямой контакт с работодателем, обсуждать условия найма, работы, зарплаты, квалификации, оформления документов. Важно оговорить условия контракта, который должен включать период найма, рабочий день и график, время отпуска, будет ли предоставлено жилье, форма, уровень зарплаты, бонусы, премии, круг обязанностей.

Это поможет избежать проблем, которые возникают часто по приезде на место работы. Например, ненормированный рабочий день, выполнение более широкого круга обязанностей.

Размещение резюме

Разместить резюме можно на специализированных сайтах, в том числе и на нашем.Российские клиники начнут работать за рубежом

Резюме должно составляться по требованиям той страны, куда специалист мечтает поехать. Для стран ЕС, например, существует единый шаблон CV, который называется EUpass. Правила заполнения есть в интернете, где можно посмотреть и образцы заполнения.

Для азиатских и американских стран условия составления резюме нужно узнавать в каждом медицинском учреждении. К CV важно приложить два или три рекомендательных письма от специалистов в конкретной области медицины.

Где врачам искать работу за границей

Несмотря на то, что медики востребованы везде и всегда, стоит знать страны, где работа для врачей за рубежом будет с гарантией на 100%. Но перед отъездом необходимо изучить требования для каждой страны отдельно.

Везде требуется подтверждение диплома, но в некоторых государствах это делается быстро, а в других процесс может быть затянутым.

Если придётся ждать, то стоит устроиться на смежную должность, а потом перейти на другую вакансию.Российские клиники начнут работать за рубежом Достаточно часто врачам приходится просто переучиваться, на что может уйти несколько лет. Русских медиков всегда ждут в таких странах, как:

  • Финляндия, которая считается престижной для медиков, но иностранцам придется приложить немало усилий, чтобы получить желаемую работу;
  • Много врачей из России и стран постсоветского пространства едут на работу в Ливию, где неплохо платят и есть шанс усовершенствовать практические навыки, накопить профессиональный опыт. Хотя здесь условия труда далеки от идеальных, и очень отличаются от европейских и американских;
  • Страны Европы, Канаду, Соединенные Штаты Америки выбирают те, кто хочет получить профессиональный опыт, знания в более узкой сфере, усовершенствовать разговорный язык, познакомиться с коллегами из других стран, посетить конференции и семинары;
  • Большинство специалистов выбирают для работы Польшу, которая является отличной стартовой площадкой для того, чтобы начать карьеру врача за границей;
  • В Великобритании требования к медикам очень высокие;
  • Австралия;
  • Франция;
  • Италия;
  • Страны Балтии;
  • Страны Скандинавского полуострова, в частности, Дания и Швеция;
  • Испания;
  • Германия;
  • Чехия;
  • Хорватия;
  • Словакия;
  • Нидерланды.

Также можно ознакомиться со средними зарплатами в США, Китае, Финляндии, Австралии, Италии, Франции, Великобритании, Польше.

Вакансии и уровень заработной платы

Работу можно найти в таких сферах, как медицина – самые разные направления, фармацевтика, стоматология, младший медицинский персонал, сиделки, скорая помощь, реанимация. В объявлениях уровень зарплаты может не указываться, обычно она оговаривается по результатам собеседования. В 2021 г. для медиков существуют следующие вакансии:

  • Сиделки требуются в Италии, Швеции, Исландии, Хорватии, Германии, Словакии. На такие должности берут женщин со средним медицинским образованием, без опыта работы. График работы, как и уровень зарплаты, оговаривается во время собеседования;
  • Медсестры нужны во всех странах Европейского Союза, США, Канаде;
  • Врачи на скорую помощь, в больницы;
  • Стоматологи;Российские клиники начнут работать за рубежом
  • Медсестры-сиделки;
  • Фармацевты;
  • Хирурги;
  • Терапевты;
  • Семейные врачи.

Что касается уровня заработной платы, то самые высокие ставки получают американские врачи. Самая низкооплачиваемая врачебная специальность в США – семейный врач. Его ежемесячный доход составляет 14 500 долларов. Если говорить о странах Евросоюза, то картина выглядит следующим образом:

страна Минимальная ежемесячная зарплата врача в долларах
Швейцария 7 800
Великобритания 7 000
Франция 6 000
Германия 5 500
Италия 5 200
Испания 5 000
Финляндия 2 500
Польша 1 500
Литва 900
Румыния 650

В России средняя зарплата медиков около 586 (800 $).

Требования к врачам за рубежом

В Соединенных Штатах Америки профессия врача одна из самых востребованных и высокооплачиваемых, но и требования при этом очень высокие.

Врачи в США

Иностранцы, которые получили на родине медицинское образование, в Штатах имеют возможность переобучиться, поступить в резидентуру, пойти в аспирантуру.

Российские клиники начнут работать за рубежом

Медицинская лицензия врача

Переобучение проводится в медицинских школах, по окончании которых необходимо сдать экзамены, а потом получить лицензию врача. Длиться учеба более четырех лет, и каждый год обходится от 30 до 60 тысяч долларов. Резидентура позволяет пройти подготовку в Штатах, получить сертификат и работать в одной из американских клиник.

Чтобы поступить в резидентуру, нужно сдать три части специального экзамена USMLE, который помогает получить медицинскую лицензию. Те, кто успешно выдержал все испытания, попадает в систему Match, которая распределяет выпускников медицинских школ по будущим местам работы.

Длительность обучения профессии врача в США зависит от выбранной специализации. Например, чтобы стать семейным доктором, педиатром, терапевтом, нужно пройти трехлетний период обучения. Анестезиологи и радиологи учатся четыре года; гинекологи и хирурги – пять, нейрохирурги – шесть.

При этом к данным срокам добавляется обязательный один год теоретической научной работы. Уже работающие врачи в конце каждого года должны сдавать экзамен, который потом будет определять условия нового контракта.

Иностранцы за границей, получившие медицинскую лицензию, могут заниматься частной практикой, работать в одной из университетских клиник, поступить в клиническую аспирантуру, трудиться в государственных и частных больницах.

Российские клиники начнут работать за рубежом

Работа в государственной больнице

Особенности работы медиков в Финляндии

Для работы врачом в Финляндии русские специалисты должны сдать экзамен на знание языка, иметь переведенный диплом, пройти трехэтапный тест по специальности, а перед этим отработать полгода как практикант или ассистент доктора.

Первая часть экзамена – клиническая, позволяет трудиться врачом, но с ограниченной лицензией. Диплом медика подтверждать не нужно. Для получения полного права практиковать и работать в Финляндии, необходимо выдержать экзамены по рецептуре, судебной и социальной медицине, а потом пройти практическую часть.

В Италии, Эстонии, Дании или Германии, равно как в Австралии и Канаде, требования будут другими, но общим для них является необходимость сдавать сложные экзамены. Это не только допуск к работе, но и шанс получать высокую зарплату.

Читайте также:  Предупредить рахит у детей просто: правильная диета и режим

Специалист в создании аналитических материалов, который требует анализа и сравнения данных по разным странам и регионам с официальных источников. Путешественник, был в 19 странах.

Оцените пост Загрузка…

Почему российские врачи массово уезжают за границу?

Российские клиники начнут работать за рубежом

Российское здравоохранение испытывает острую нехватку профессиональных врачей и медсестер. И это притом что число людей с медицинским образованием на 10 тыс. населения у нас в 2 раза больше, чем в среднем по Европе. Эту парадоксальную ситуацию обсуждали на расширенном заседании комитета по охране труда и здоровья Госдумы. Куда бегут врачи из больниц и поликлиник и как чиновники от здравоохранения решают проблемы кадрового дефицита, выяснял «Часкор».

В первичном звене медпомощи не хватает сегодня 80 тыс. медсестер и 49 тыс. врачей. Такое заявление сделала на днях заместитель министра здравоохранения и социального развития Вероника Скворцова. И это притом что в нашей стране на каждые 10 тыс. человек приходится порядка 50 врачей.

Откуда, казалось бы, взяться дефициту при таком запасе спецов?

«Прежде всего стоит понять, что цифра в 50 медиков — это, что называется, средняя температура по больнице, — пояснил «Часкору» заместитель председателя комитета Госдумы по охране здоровья доктор медицинских наук Сергей Колесников. — В крупных городах на каждые 10 тыс. населения приходится до 90—150 докторов, а в глубинке их не больше 5—10».

Во-вторых, врач врачу рознь. «Даже в Москве наблюдается дефицит терапевтов, хирургов, офтальмологов, отоларингологов, фтизиатров и врачей по лечебной физкультуре.

А вот стоматологов, гинекологов и дерматовенерологов, то есть представителей тех специальностей, которые позволяют открыть частную практику, — давно переизбыток», — признался «Часкору» декан факультета управления Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова, кандидат медицинских наук Сергей Боярский.

В-третьих, до 30% выпускников медицинских институтов уходит из профессии в смежные отрасли — прежде всего в более денежную фармацевтику.

https://www.youtube.com/watch?v=1vAmBBDsQEg

И наконец, многие уезжают за рубеж. Точных данных нет, но, по приблизительным оценкам, в прошлом году нашу страну покинуло более 5 тыс. врачей. И это неудивительно. «Клиники Страны Басков устроили на меня настоящую охоту, — рассказывает Паша Комаров, уролог из Санкт-Петербурга.

— Они вышли на меня через вуз и готовы были предложить любые условия, чтобы практику испаноговорящий выпускник начал именно у них. Оказывается, там наш брат на вес золота. Обучение слишком дорогое. Вот они и ищут специалистов за границей.

Переговоры шли около года: по договору мне должны предоставить жилье, зарплату от 2,5 тыс. евро. 1 марта у меня самолет в Бильбао».

Министерство здравоохранения, в котором, естественно, не могут не замечать этих тенденций, реагирует на проблему, мягко говоря, странно.

«Чтобы в профессии оставались как минимум 80% медработников, нужно снимать фильмы и придумывать песни, стихи, популяризировать труд врачей и сестер», — заявила Вероника Скворцова.

Песни — это хорошо, но на хлеб их не намажешь. Это четко понимают главврачи на местах. В отличие от чиновников они начали бороться с дефицитом рабочих мест по западному образцу — набирать на работу мигрантов.

Так, например, в больницы Рязанской области на пятитысячную зарплату стоит очередь из медиков, приехавших из Таджикистана. В Кораблинском районе Рязанской области уже работают пять врачей-таджиков: гинеколог, хирург, травматолог, анестезиолог и педиатр.

Пока претензий к медикам-мигрантам ни со стороны пациентов, ни со стороны руководства клиник нет.

Похожая картина в Смоленской, Белгородской, Псковской областях. Здесь в больницах работают украинцы, белорусы, молдаване. «Это определенный выход из ситуации, — полагает кандидат медицинских наук Лев Осипов.

— Но вопрос в том, насколько квалифицированны приезжие врачи, как хорошо владеют языком, ориентируются в российском наборе лекарств, насколько умеют обращаться с новейшей техникой, закупленной по нацпроекту «Здоровье».

Этим занимается Росздравнадзор, однако, насколько я знаю, система налажена недостаточно эффективно».

В том, что трудности возникают, признаются и сами приезжие врачи.

«Да, действительно, в России один набор лекарств, официально разрешенных к применению, на Украине — другой, — говорит терапевт из Киева Ольга Н., недавно переехавшая в Москву.

— В России он шире, потому что на Украине фармацевтическая промышленность слабая, а в России есть собственные препараты, которые не продаются за пределами страны. Но со временем сориентироваться можно.

В целом на переобучение и оформление нужных документов уходит примерно год».

Привлечение мигрантов — это легкий, но не самый правильный выход из сложившейся ситуации, полагают специалисты. Выбирая этот путь, чиновники должны быть готовы к тому, что в медицинских кругах скоро начнется безработица, которая осложнится и ксенофобскими настроениями. Проблемы могут начаться очень скоро: из-за кризиса российские медики-перебежчики захотят вернуться в профессию.

Более разумно было бы предпринять целый комплекс мер, для того чтобы врачи перестали быть дефицитом. Начинать надо с вузов. «Нужно перенаправлять студентов на востребованные отраслью специальности.

Если уж студенту так надо учиться на модного врача, например стоматолога, — пожалуйста, только пусть платит за обучение.

Я думаю, что регулирование мест в вузах в зависимости от потребности в специалистах будет верным решением», — поясняет Сергей Боярский.

Задержать же врача в родном городе и в профессии должны не стихи и песни, а договор. «Нужно экономическое закрепление.

То есть абитуриент заключает договор с вузом при поступлении, по которому он после выпуска либо отдает затраты на его обучение (а это 600 тыс. рублей), либо отрабатывает три года где-нибудь в сельской больнице.

Сейчас такой механизм работает только в 10—12 регионах — к слову, довольно успешно. А надо, чтобы так было во всех субъектах страны».

«У нас это можно сделать бесплатно»: почему благотворители вывозят россиян лечиться за границу

Врачи считают, что благотворители дискредитируют отечественную медицину, отправляя больных лечиться за границу, а филантропы – что их необоснованно обвиняют, пишет Vademecum.

Неуважение отечественных врачей?

Примерно два года назад руководитель отделения кардиохирургии и интенсивной терапии Филатовской больницы Владимир Ильин завершил первый этап лечения пациентки по поводу единственного желудочка сердца. Ожидалось, что через два года девочка вернется на второй этап, но нет – медик нашел на сайте фонда WorldVita объявление о сборе средств на операцию своей подопечной в Германии.

На вопрос Ильина – зачем отправлять девочку в Европу, если она успешно проходила лечение в России, руководитель фонда ответил: желание родителей. Однако, по словам медика, родители не всегда могут разобраться в целесообразности такой поездки.

«Мы подробно им объясняем, что в некоторых случаях нельзя полностью одномоментно корригировать порок – это требует времени, этапного лечения, которое может занять годы, – рассказывает Ильин.

– Потом я проводил мониторинг объявлений благотворительных фондов о сборе средств на лечение детей с пороками сердца.

Все эти операции можно проводить в России бесплатно, по госзаказу, тогда как аналогичные вмешательства, например, в Германии стоят 40–45 тысяч евро, в США – порядка $120–200 тысяч».

С некоторыми благотворительными фондами врач пытался побеседовать по-дружески и объяснить, что, например, за рубежом НКО помогают развитию национального здравоохранения, собирают деньги на проведение исследований и новое оборудование, предлагал подумать о такой деятельности. А в ответ получал: на инфраструктурные проекты у нас деньги собираются очень плохо.

В свою очередь замглавврача Российской детской клинической больницы по хирургической работе Василий Николаев считает, что фонды поступают неправильно, работая с зарубежными клиниками, так как «расхваливая этих врачей, они принижают достижения отечественной медицины».

На нашем телевидении представители одного из фондов и вовсе говорили на всю страну, что кишечная пластика мочевого пузыря при полном недержании мочи проводится единственным врачом в мире, и он работает в Лондоне. При этом к моменту выхода этой телепередачи у Николаева, например, был положительный опыт подобных операций у более чем 170 больных.

«Не понимаю, как такое искажение реальности может распространяться с телеэкрана. Мало того, стоимость подобной операции в Лондоне составляет более 50 тысяч фунтов стерлингов, а у нас она в 30 раз дешевле, а результаты не уступают результатам лечения в лучших мировых клиниках».

«Конечно, возмущает, когда по телевидению идут сюжеты о сборе миллионов рублей на операции за рубежом, которые успешно проводятся в России по ВМП, – добавляет директор МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского Дмитрий Семенов.

Читайте также:  События в медицине за первую неделю июня

– Совсем недавно по одному из центральных каналов объявляли о сборе средств на лечение ребенка с пороком сердца, сюжет, что называется, выбивал слезу.

Но никто не говорил о том, что такие операции успешно проводятся у нас».

На удивление, с врачами согласны даже в министерстве здравоохранения РФ.

Так, в конце прошлого года глава ведомства Вероника Скворцова, выступая в Госдуме, заявила, что благотворительным фондам следует консультироваться с Минздравом, прежде чем отправлять пациентов за рубеж, так как лечение может быть доступно в России на бесплатной основе. При этом речь шла не о том, чтобы сделать механизм извещения Минздрава об отправке пациентов за границу обязательным.

Контроля долго ждать не пришлось. Уже в этом году НКО попали под пристальное внимание столичных властей.

Мэр города Сергей Собянин утвердил поправки в постановлении правительства Москвы №425 от 22 августа 2012 года «Об утверждении Положения о Департаменте здравоохранения города Москвы», наделяющие ДЗМ полномочиями оценивать работу благотворительных фондов и других социально ориентированных некоммерческих организаций.

Сложности «перевода»

Сами филантропы абсолютно не согласны с обвинениями, сыплющимися на их головы. Руководители профильных НКО считают, что доля пациентов, направляемых ими за границу, крайне мала, и к такому решению они приходят только в тех случаях, когда в нашей стране пациенту не могут оказать эффективную помощь.

«Если ребенок может получить лечение в России и наши доктора не рекомендуют лечение за границей, мы никогда не будем отправлять туда детей. Мы ни в коем случае не пытаемся манипулировать чувствами, мол, у нас все плохо, а там хорошо», – говорит директор воронежского благотворительного фонда «ДоброСвет» Александра Роднищева.

Она отмечает, что за пять лет работы, фонд лишь однажды отправил ребенка на лечение за границу. «В остальных случаях отправка пациента за рубеж – инициатива родителей, но, поскольку мы несем ответственность за благотворительные средства, мы не идем у них на поводу», – поясняет Роднищева.

Исполнительный директор благотворительного фонда «Православный мир» Софья Жукова говорит, что отправить больного лечиться за границу не так-то просто. Первоначально пациент должен получить официальный отказ провести лечение от двух федеральных клиник и Минздрава РФ, но такие документы, по ее словам, не всегда удается получить.

«Минздрав, собирая консилиум, обычно предлагает варианты лечения в России. В то же время, если ведомство дает отказ, то обязано хотя бы частично оплатить лечение за рубежом, – говорит она. – Нам важно, чтобы процедура запроса о лечении в России была соблюдена. Если такое невозможно, тогда мы будем брать пациента на лечение в зарубежные клиники».

Кроме того, по словам руководителей НКО, определяющим фактором отправки больного за границу, зачастую является и неопытность отечественных врачей. «Подобная ситуация сложилась у одного из наших подопечных, нуждающегося в восстановлении гортани.

В России не было проведено ни одной такой операции, конечно, мы направили его за рубеж. Но мы никогда не отправим, например, ребенка с ДЦП на реабилитацию в Германию», – уверяет Софья Жукова.

По ее словам, из 220 подопечных, на лечение которых фонд собирал средства в прошлом году, за границу отправились только два пациента.

Представители зарубежных клиник тоже находят причины, по которым к ним стекаются российские пациенты. «У нас работает хорошо организованная система выхаживания пациентов, которая закрепляет результаты успешно проведенного вмешательства», – говорит старший хирург Немецкого кардиологического центра в Берлине (DHZB) Евгений Потапов.

Некоторые российские врачи все же заступаются за благотворителей. Например, по словам заведующего отделением пересадки почки РНЦХ им. Б.В. Петровского Михаила Каабака, за 10 лет у них было всего три случая, когда фонды помогали детям уехать на лечение за рубеж, и все они были оправданны

«Первый случай был восемь лет назад, там оба родителя оказались несовместимы. И в США нашему ребенку была сделана трансплантация по принципу «домино» – он получил почку от темнокожего донора, семье которого отец нашего ребенка отдал свою почку.

Дело в том, что в России юридически невозможна трансплантация «домино». Затем за счет «Русфонда» в Германию мы отправляли тройняшек, у которых была опухоль Вильмса (нефробластома – онкозаболевание почки).

Там опухоль удалили, спустя год мы прекратили финансирование со стороны «Русфонда», потому что трансплантацию почки, необходимую детям, можно было сделать в России, но семья предпочла продолжить лечение в Германии.

Третий случай, когда у мамы ребенка в крови были антитела к гепатиту С – в России такую трансплантацию запрещают, но в Германии она возможна».

Развитие филантропии в России

Специалисты объясняют, что такие сложные отношения между чиновниками, медиками и филантропами связана с тем, что благотворительность, в актуальном ее понимании, начала развиваться в нашей стране гораздо позже, чем, например, в Европе и США.

Вообще первые благотворительные фонды появились в новой России в начале 90-х годов на фоне тотального дефицита государственного финансирования сферы здравоохранения. Пионером филантропии в Москве была служба милосердия и благотворительности Российской детской клинической больницы, или фонд «Дети.Мск», основанный в 1989 году известным православным священником Александром Менем.

Кроме НКО, примерно в то же время начали появляться первые независимые благотворительные организации, такие как «Русфонд».

Все они были ориентированы чаще всего на адресную помощь и заполнение пробелов в социальной деятельности финансово несостоятельного государства.

На сегодняшний день в здравоохранении работают свыше 300 благотворительных организаций, 90% которых позиционируют себя как фонды адресной помощи, в то время как в Западной Европе, например, благотворительные фонды ориентированы на инфраструктурные проекты.

«Уровень социальной защиты населения там очень высок, поэтому, например, в Германии очень мало пациентских организаций, в этом просто нет необходимости.

Фонды в таких странах занимаются решением инфраструктурных задач или адвокацией, то есть защитой интересов пациентов, организацией их лечения, взаимодействия с госорганами, страховыми компаниями и клиниками, но не непосредственно сбором средств», – отмечает руководитель программы «Альфа-Эндо» Фонда поддержки и развития филантропии «КАФ» Анна Карпушкина. Ее коллега Юлия Ромащенко добавляет, что, например, в Великобритании сейчас получает развитие практика сбора средств на научные исследования и разработки.

Иностранный пациент

19 ноября в МИА «Россия сегодня» прошла пресс-конференция представителей Минздрава России, посвященная реализации федерального проекта «Развитие экспорта медицинских услуг».

МЗ РФ хочет развивать въездной медицинский туризм. Показатели на сегодняшний день неплохие, утверждают в ведомстве.

Однако аналитики отмечают, что у Минздрава нет точной статистики, а без нее невозможно долгосрочное планирование.

По словам заместителя министра здравоохранения Олега Салагая, за первое полугодие 2019 года медпомощь в России получили около 530 тыс. иностранцев. К 2024 году это число планируется увеличить до 1 млн 200 тыс. человек. 60% медицинских туристов приезжают из стран Центральной Азии, 37% — из Европы, в основном Восточной — Белоруссии и Сербии.

Руководитель координирующего центра по реализации федерального проекта «Развитие экспорта медицинских услуг» Центрального НИИ организации и информатизации здравоохранения Минздрава РФ Сабина Грин признала, что медицинский туризм в России сейчас носит стихийный характер:

— Каждый иностранец сам решает, зачем и к кому он поедет лечиться. Часто приезжают по туристической визе — в статистику МИДа такие случаи не попадают. О том, что для лечения есть другие типы визы, иностранцы часто просто не знают. Мы же в Минздраве считаем, что медицинский турист — это и тот, кто здесь временно живет, работает и платит за медицинские услуги.

Аналитик делового журнала о здравоохранении Vademecum Александр Одинцов сомневается в достоверности статистики МЗ, а без нее сложно строить какие-либо планы:

— Сам Минздрав признает, что не умеет считать иностранцев, приехавших лечиться в Россию. Мы запросили конкретные цифры, нам ответили: обращайтесь в Росстат. А Росстат послал нас в Пограничную службу, а оттуда — в ФСБ.

И ответа нет. Российские клиники ведут статистику по иностранцам очень странно.

Один и тот же человек может обратиться в медучреждение несколько раз, но каждое обращение будет считаться новым случаем, а не ведением одного пациента.

По данным ФСБ, в Россию в этом году приехало 2,6 млн мигрантов, каждый трудовой мигрант обязан получить полис ОМС, для большинства специальностей нужен медосмотр. Все это, говорит Сабина Грин, тоже считается экспортом медуслуг. Почему же тогда официально сообщается только о 530 тыс. человек?

Бывают и вовсе абсурдные ситуации.

Читайте также:  Контрацептивы для женщин с риском вич

— Например, на лечение в Россию приезжает ребенок из страны СНГ,— говорит Одинцов.— Средства на лечение этого ребенка собирают российские благотворительные фонды. Считается, что он иностранный пациент, но лечится на российские деньги, тогда как цель программы — привлечение средств из-за рубежа.

Бывает и наоборот: в Россию приезжают лечиться российские граждане, которые уже давно живут и работают за рубежом. Они платят деньгами, заработанными за границей, но в статистику не включаются, потому что имеют российский паспорт.

  • До тех пор, пока мы не поймем, кто такой этот «иностранный пациент», зачем и для чего он приезжает в Россию, программа с места не сдвинется и система не заработает, уверен эксперт.
  • весь сюжет
  • rusfond.ru
  • Оксана Пашина, корреспондент Русфонда

Там, где нас нет: чем западная медицина отличается от российской

+T —

Сегодня хочу поговорить о разнице в подходе к работе в клиниках России и Европы, международном векторе развития, важности интернационального диалога и обмена опытом. 

Конечно, все знают, что лечиться за границей – престижно и эффективно. И мы стремимся в заморские страны, надеясь, что там будет другой подход, иное отношение. По-крайней мере, так мы себе это представляем.

Тем более, что у большинства людей в нашей стране был негативный опыт, связанный с советской или уже с российской медициной. Так что теперь мы хотим получить качество.

Пусть это будет и дорого, зато в Германии, Швейцарии, Франции продвинутая медицина. 

А не так давно заговорили о новом направлении. Неожиданно на рынок медицинских услуг вышла Азия и стала сильным игроком. Это произошло прежде всего потому, что начал активно развиваться Сингапур.

Мне кажется, дело в том, что у них мало законодательных запретов на внедрение новых методик, использование препаратов, оборудования и так далее.

И это позволяет продвигаться очень быстро: не нужно проходить бесконечные согласования, получать разрешительную документацию, решать множество вопросов. Все происходит стремительно.

Похожая ситуация и в Южной Америке, в частности, в Колумбии и в Мексике, где тоже легко можно зарегистрировать новинки без сложного многоэтапного получения документации. Это привлекает большие международные компании – они приходят в эти регионы, чтобы свободно тестировать новые препараты и методики. 

Сила традиций

Но вернемся к европейской медицине: да, действительно, она находится на высоком уровне. Но это произошло не в один момент. Так сложилось исторически. Многие лечебницы, институты имеют большую историю, накопленный опыт.

Некоторым уже более ста лет! Сформировалась определенная культура взаимоотношений между врачом и пациентом. Часто вся семья ходит к одному и тому же доктору, в одну и ту же клинику десятилетиями. И у них не возникает вопроса, где найти специалиста.

Не принято и назначать себе лечение, как это часто делают у нас. Люди обратятся к своему врачу и будут следовать его рекомендациям. Также принято, например, что в подростковом возрасте девочка начинает наблюдаться у семейного гинеколога.

Ее ведет и дерматолог, который отслеживает состояние кожи, следит, чтобы не остались шрамы от акне, не было других проблем. Это важный момент и иное отношение к жизни, другое восприятие своего здоровья, статуса.

Личная ответственность врача

Кроме того, в Европе врач имеет лицензию и несет ответственность перед пациентами пожизненно. Очень часто он передает практику своим преемникам – детям, родственникам, ученикам, с которыми он проработал всю жизнь. Это накладывает отпечаток на отношение к пациентам. И мне нравится этот подход.

В России же доктор может менять место работы хоть каждые три месяца. Он уходит, а все вопросы, возникающие у пациентов, должно решать медицинское учреждение. И вот клиника начинает искать варианты, но при всем желании помочь, это не всегда получается. Что, конечно, влияет на лояльность пациентов.

Поэтому имя клиники, бренд в России сложно сохранить. Мы слишком сильно зависим от людей, при этом несем полную ответственность и перед пациентом, и перед врачом, и перед государством. Но мы совсем не защищены в плане отношений «врач-клиника». И очень бы хотелось исправить этот момент на законодательном уровне.

Чтобы конкретный врач отвечал за последствия своих решений и вел пациента, допустим, хотя бы в течение трех-пяти лет, где бы ни работал.

Еще я бы хотела, чтобы грамотность наших людей была выше. Чтобы мы понимали, что действительно имеем право на многое в медицине. Пациенты думают, что лечение в поликлинике бесплатное, поэтому спросить с них нечего, и надеяться тоже не на что.

А вот в Европе люди платят большие налоги, поэтому у них хорошая, дорогая медстраховка. Но на самом деле мы также платим налоги, и немалые. И имеем право получить помощь в полном объеме, мы уже ее оплатили.

Теперь нужно учиться этим пользоваться, как делают те же французы или швейцарцы – они за свои налоги имеют много вариантов качественного лечения.

Здоровый подход

Безусловно, в Европе сегодня происходит переосмысление некоторых моментов. Возникает много разных течений: бодипозитив, фокус на естественном старении. Меняется отношение к внешности в принципе.

На первый план выходит здоровье, счастье, эмоции, настроение. Но по-прежнему там практикуют комплексный подход в медицине.

Часто при лечебницах, бальнеологических клиниках, центрах детокса есть поликлинические услуги – там доступны врачи, включая хирурга, можно пройти полное обследование и лечение.

Мы тоже постепенно приходим к этому холистическому подходу, пониманию, что человек – единое целое. Нельзя лечить отдельно лицо, руки, шею, нужно подходить комплексно. Если есть проблемы с венами, это отразится на всем. Если проблемы с пищеварением, то не будет результата и так далее. 

К счастью, в России уже выросло поколение пациентов, которые принимают такой подход, внедряют в свою жизнь, для них это важно. И есть поколение врачей, которые работают в этой парадигме, изучают новые методики, меняют отношение и к пациентам, и к оборудованию, и к препаратам.

В итоге от точечных воздействий, инъекций, аппаратных методик, которые были раньше, мы приходим к комплексному подходу к пациенту. Понимаем, насколько важны физиотерапевтические процедуры, даже в косметологии – казалось бы, они сразу не уберут морщины и не сделают человека стройнее.

Но если мы запустим качественный лимфодренаж, многие процессы пойдут гораздо активнее. А чтобы его запустить, нужно использовать и систему капельниц, и прессотерапию, и правильное дыхание, и спорт, и сон.

Весь этот комплекс нужен для баланса в организме, это не просто блажь, мода, а принцип, который существует давно, но ему сейчас придумали новое название.

На постоянной основе

Еще один важный момент – регулярность обследований, процедур. Конечно, европейское лечение – это дорого, но ближе к 40 годам уже многие могут его себе позволить.

Мы работали, накопили денег и принимаем решение: поехать в Европу на неделю–другую, заняться здоровьем и тогда жизнь пойдет по-другому. Да, пойдет, но для этого нужно продолжать поддерживать организм.

И делать это удобнее дома, тем более, не всегда есть возможно поехать за границу – по рабочим обстоятельствам, по семейным, а сейчас так вообще большие проблемы с пересечением границ. 

Поэтому я считаю, что российским клиникам нужно находить проверенных международных партнеров. И сотрудничать с ними, давать возможность пациентам получать качественное лечение.

К тому же, это определенная гарантия, понимание, что люди доверяют свое здоровье международному бренду. А для врачей – возможность работать по проверенным, современным методикам.

Конечно, наши доктора и сами многое знают и умеют, но есть различные секреты и наработки, которыми владеют врачи в иностранных клиниках.

И также полезно перенять зарубежный опыт управления медицинскими учреждениями. У нас чаще всего нет правильной политики выстраивания взаимоотношений «собственник-директор» в медицине. Да и редко бывает, что один наемный сотрудник много лет возглавляет клинику.

Директоров часто меняют, а иногда собственник сам пытается всем руководить. Но на мой взгляд, настоящий предприниматель – это человек, который имеет задумку, цель открыть предприятие.

А для развития эффективнее нанять руководителя, передать ему свои идеи и потом следить со стороны.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *